Каждый день приносит новые повороты сюжета. Если после заявления
Зеппельта, после высказываний представителя
iNADO речь шла о том, что в данных московской антидопинговой лаборатории творились какие-то манипуляции, то в понедельник речь идет совсем о другом – поменялась модальность. Российскую сторону обвиняют в подлоге документов, на основании которых
РУСАДА не так давно восстановила свой статус. Это уже совсем другой коленкор, то есть не постоянное политическое кусание, с которым нам жить теперь веки вечные, а прямое обвинение в том, что на основании неких наших документов мировая спортивная общественность, дескать, приняла неверное решение Россию простить, РУСАДА в правах восстановить, а спортсменов – почти везде допустить.
Тут, конечно, многое непонятно. Подлог – это что такое? Это та же самая манипуляция электронной базой данных в лаборатории? Или это какие-то иные документы? Об одном и том же идет речь? Или это какое-то новое развитие и новые, доселе нам неведомые детали? Тут хочется изобразить из себя адвоката, который всегда перед объективами телекамер надувает щеки и произносит единственно возможное: давайте, мол, дождемся официальной бумаги и посмотрим, что там и в каких формулировках записано.
Пока больше суеты вокруг этой истории, чем собственно драматургии сюжета. Почему заявления делает информированный, но не уполномоченный делать официальные заявления функционер из iNADO? Почему России дается три недели на ответ? А сам вопрос где? Почему ходивший по пресс-конференциям глава РУСАДА вдруг молчит три дня, как рыба об лед? Задела эта ситуация лично его статус? Он уже не эффективный менеджер, решивший все вопросы и договорившийся со всеми заинтересованными сторонами?
Зная обо всем, что предшествовало этой истории, я лично ни на секунду не сомневаюсь в том, что российская сторона прибегала к манипуляциям. Невозможно быть грязным отсюда до сюда, а вот с этого момента – чистота помыслом и нравственность высоких желаний. Мы этими манипуляциями столько занимались, что окунулись в чан с известной субстанцией глубже некуда. Но тут, в нынешней ситуации, опять же – снова вопросы. А о каком, собственно, конкретном периоде идет речь? Если о том, что в лаборатории были подмены пробирок до 2015 года, так за это мы уже вроде бы ответили. А если о том, что было в период после 2015-го, тогда о чем речь? О компьютерщиках, которые что-то правили в условных вордовских или экселевских файлах? И вроде бы условием восстановления РУСАДА был допуск в лабораторию иностранных специалистов без каких-либо ограничений. Мы его (пусть и не сразу – были до этого смешные ссылки на то, что ведется работа Следственным комитетом, поэтому WADA пускать было велено позже) выполнили.